Стоптанные сандалии

 

Корейский язык представляет собой один из самых сложных для изучения. Но отнють не в плане письменности, как может показаться. По определению ЮНЕСКО, корейская азбука - самая простая в мире. Она состоит из 28 простейших значков, которые собираются в слоги, напоминая китайские ироглифы. Научиться читать по-корейски можно всего за несколько часов. Иное дело - грамматика, лексика и фонетика.  

Для корейского, имеющего отдаленное родство с финским, венгенским, алтайскими и тюрскмими языками, характерно, что в предложениях сказуемое всегда будет стоять в конце предложения. Поэтому синхронный перевод всегда сложен, поскольку сначала фразу нужно дослушать до конца, прежде чем ее перевести. У некоторых корейских звуков нет похожих в русском. Например, у корейцев есть два [О], одно из которых как русское о, а другое гортанное, произносимое без округления губ. Носовой "н", похожий на английский ng, трудно произнести в середине слова.

В Южной Корее и КНДР корейский язык имеет различия, как исторически, так и в связи со взаимной изоляцией, длящейся с 1948 года. Корейцы с севера и юга в целом свободно понимают друг друга, хотя говорят с разными акцентами, но в некоторых случаях могут возникнуть недоразумения от употребления взаимно незнакомых слов и выражений.  

 История письменности

Корейцы обладают собственной уникальной письменностью – азбукой, каждый знак в которой означает отдельный звук. Но изначально у корейцев не было своего письма и им приходилось использовать китайское письмо, хотя языки у корейцев и китайцев были совсем непохожими ни по грамматике (порядку слов в предложениях), ни по звучанию. 

Письменность так и называлась – ханмун, то есть ханьское письмо по названию правящей тогда в Китае династии Хань.

Для чтения текстов в Корее фактически нужно было знать девнекитайский письменный язык. Корейцы решили использовать китайские иероглифы для передачи корейских слов и собственных грамматических значений. Затем потребовалось создание собственных иероглифов:

 Новая система адаптированного использования китайской письменности в Корее получила название «иду» («риду» – в северокорейском произношении). В ней корейцы стали экспериментировать с отдельными элементами иероглифов, стараясь передать ими свои фонетические значения для передачи имен.

К примеру, по-корейски «камень» звучит как 돌 [толь], а по-китайски [ши]. Китайский иероглиф с этим значением выглядит как 石, и чтобы передать не только смысл, но и произношение, корейцы соединили иероглиф «камень» со знаком 乙, который корейцы произносят как [ыль]. Получился фонетический знак, соединенный из китайских иероглифов:

 Вот еще несколько примеров:

Система «иду» менялась со временем в попытках приспособить китайские иероглифы к корейскому языку. Разберем текст на «клятвенном камне», написанный на «иду» ранней стадии развития:

任申六月十六日二人并誓記 天前誓今自三年以後忠道執持過失无誓若此事失天大罪得誓若國大安大乱世可盛行誓之又別生辛未年七月廿二日大誓

Перевод: “В год Имсин 16-го дня 6-го месяца два человека (二人) вместе (并) клянутся (誓), о чем сделана запись (記). Клянёмся перед небом. Клянемся через три года не допускать промахов, вступив на тропу преданности. Если (若) это не получится (此事失), клянемся получить кару (大罪得) небесную. Клянёмся, если в стране будет великое спокойствие или если будет хаос, стремиться к спокойствию в мире (可盛). Отдельно дали клятву сперва (先) в год Синми (辛未) 7-го месяца 22-го дня».

Как видно из этого текста, построение предложений здесь отличается от китайского, и сказуемое, как и положено в корейском языке, ставится в конце. Вся запись передает только значение, но не произношение фраз.

Вот еще одна запись, сделанная на каменной плите храма Кальханса:

二塔天宝十七年戊戌中立在之娚姉妹三人業以成在之.

“Две пагоды (二塔) устанавливаются (立在之) в 17-м году Чхонбо (天宝). Эту работу делают трое – старший брат, старшая сестра и младшая сестра (娚姉妹)”.

В этом тексте используются следующие знаки для передачи грамматических значений: 中 – «в»; 以 – творительный падеж; 在 – гонорифический суффикс (вежливости).

Более развития система письма «иду» получила название «ичхаль» - в ней больше стало использоваться всяких связок и суффиксов, чтобы приблизить письменный язык к речи. Затем появилась система «хянъчхаль», ставшая самой развитой и позволившей записывать даже стихи «хянъга» на корейском языке. Вот один из них:

紫布岩乎邊希執音乎手母牛放敎遣吾肹不喩慚肹伊賜等花肹折叱可獻乎理音如

На старокорейском читается это так:

 Пыльгын бахо ка-е
Чабамосон омисо ноагёсиго
На-ыль анди пуккырисядон
Кочхыль котко патчахоримида.

 Перевод:

«На красную скалу 
Положи пойманного быка
Если меня не опечалите,
Я нарву для Вас цветов»

 В системе письма «хянъчхаль» использовались следующие падежные окончания:

Именительный - 亦/ 是 (民是 [мин-и] «народ»)
Выделительный - 隱/焉 (吾焉 [на-нын] «я»)
Винительный - 肹/乙 [-хыль/-ыль]
Притяжательный - 矣/衣 [-ый]
Творительный - 以/留 (筆留 [пус-ыро] «кистью»)
Местный - 中
Соединительный - 果 [-ква]
Звательный - 下/ 也 [-ха/-а]
Примеры окончания деепричастий:

為如可 [ха-дага] (прерванное действие)
遣 [-ко] (為遣 [ха-го] «делая»; 是遣 [и-го] “являясь”)

В государстве Корё в 12 веке стали записывать слова весьма сложным способом – сначала китайские иероглифы, передающие смысл, а затем также китайские иероглифы, созвучные корейскому произношению. Между ними ставился иероглиф со значением «говорить». Получалось что-то вроде «пиши так-то, говори так-то»:

足曰發 (발) – нога
火曰孛 (불) – огонь
水曰没 (물) – вода
雲曰屈林 (구름) – облако
高曰那奔 (높은) – высокий

К 14-му столетию на письме окончательно устоялись определенные иероглифы для записи суффиксов и окончаний падежей. Поскольку таких было не много, их упростили, чтобы не путать с иероглифами, несущими лексическое, а не грамматическое значение:

 Корейцы явно осознавали несовершенство приспособления иностранной письменности для своего языка. Причем, пробовали писать не только китайскими иероглифами, но и на тибетском и брахми под влиянием буддизма, киданьским, чжурчженьским и тангутским письмом, хотя ничего так и не прижилось.

В XV веке на престол в Корее взошел четвертый король династии Ли по имени Седжон Великий. В стране были начаты реформы, уделялось внимание просвещению и укреплению государственности. Начался так называемый «золотой век» корейской культуры. Именно тогда была создана в Корее собственная национальная азбука, которая в 1446 году была учреждена королевским эдиктом «Хунмин чоным» («Наставление народу о правильном произношении»).

В предисловии к эдикту Седжон писал: «Звуки речи в стране в отличие от Китая не передаются надлежащим образом письменными знаками. Поэтому среди невежественных людей много таких, кто хочет что-то записать, но не может выразить своих мыслей. Сожалея по этому поводу, я создал двадцать восемь новых знаков. Желаю лишь, чтобы всем людям было легко овладеть ими и удобно пользоваться каждый день».

Для согласных звуков были придуманы знаки, схематически изображающие элементы речевого аппарата. Так зубной звук [с] обозначили знаком в форме зуба ㅅ, а [ч] как зуб, смыкающийся с верхним нёбом ㅈ.

Звук [к] изобразили в виде языка, согнутого и прижатого к верхнему нёбу ㄱ, звук [н] наоборот как язык, стелящийся по нижнему нёбу к верхней десне ㄴ, а в [т] язык смыкается с верхним нёбом ㄷ. Знак для
звука [м] похож на изображение рта во время его произнесения ㅁ, а губной звук [п] обозначался как смыкающиеся губы ㅂ.

Носовой звук [нъ] изобразили на письме кружком, по форме горла, и выглядит это как ㅇ.
Гортанный [х] изобразили знаком , который также повторяет форму горла, смыкающегося с задней частью верхнего нёба – ㅎ.

Полуязычный звук [л/р] обозначен знаком в форме изогнутого языка ㄹ, но скорее напоминает знак 乙 из системы «иду», который в корейском произношении читался как «ыль».
Придыхательные звуки обозначены знаками, в которых добавлена дополнительная черта, поскольку они произносятся несколько сильнее и напряженнее:

ㄱ [к] - ㅋ [кх]
ㄷ [т] – ㅌ [тх]
ㅂ [п] – ㅍ [пх]
ㅈ [ч] – ㅊ [чх]

Сильные или двойные согласные записываются удвоенными знаками:

ㄱ [к] – ㄲ [кк]
ㄷ [т] – ㄸ [тт]
ㅂ [п] – ㅃ [пп]
ㅅ [с] – ㅆ [сс]
ㅈ [ч] – ㅉ [чч/ц]

В эдикте «Хунмин чоным» были учреждены и другие знаки, которые в настоящее время вышли из употребления.
Гласные звуки были составлены с применением китайской философии мироздания. Я не буду останавливаться на этом процессе, а просто перечислю знаки для гласных:

ㅏ [а] ㅑ [я]
ㅓ гортанное [о] ㅕ гортанное [ё]
ㅗ [о] ㅛ [ё]
ㅜ [у] ㅠ [ю]
ㅡ [ы]
ㅣ [и] ㅢ [ый]
ㅐ [э] ㅒ [йэ]
ㅔ [е] ㅖ [йе]
ㅚ [oе] ㅙ [вэ]
ㅞ [ве] ㅘ [ва]

Так, корейцы получили фонетическое письмо, которым, в отличие от европейских языков, стали записывать не отдельные звуки, а слоги. Составленные из них сочетания внешне напоминают иероглифы, хотя на деле это – слоговое письмо, состоящее из простейших элементов, разработанных при короле Седжоне Великом.

Если слог начинается с гласной, то вначале записывается знак ㅇ, который в данном случае обозначает не носовой [нъ], а «нулевой» и никак не читается. Причем, если за ним следует гласный с ветикальной чертой, «ноль» пишется слева, а если с горизонтальной, то – сверху:

아 [а] 안 [ан] 온 [он] 육[юк] 웨 [ве]
나 [на] 간 [кан] 돈[тон] 줄[чуль] 황 [хванъ]

Практически в неизменом виде эта азбука используется до сих пор и признана в ЮНЕСКО самой простой системой письма в мире.

Появление национального письма в Корее вызвало сопротивление консерваторов, во многом, поскольку страна еще находилась в вассальной зависимости от Китая. Азбуку стали использовать для записи окончаний и суффиксов, создания грамматических конструкций, когда как слова записывались китайскими иероглифами.

Смешанная система письма сохрянилась до конца 90-х годов в Южной Корее, когда как в Северной Корее от иероглифики отказались еще в 60-е годы во время реформ образования и языка. Благодаря этому была достигнута в стране 100-процентная грамотность населения. В Южной Корее сейчас пришли к тому же, но иероглифика в ограниченном объеме преподается для того, чтобы люди могли понять смысл своих имен и фамилий. В Корее подавляющее число имен имеет иероглифическое происхождение.

Национальная азбука корейцев на Севере называется «кунмун» («государственное письмо»), на Юге – «хангыль» («корейское письмо» от самоназвания страны «Хангук»).

Источники: 김영황 "조선민족어 발전력사 연구" (평양 1978); "Хунмин чоным" (Исследование, перевод с ханмуна, примечания и приложения Л.Р.Концевича, Москва 1979)