Стоптанные сандалии

 

Возможно, это покажется странным, но будучи школьником 4-го класса, в Доме книги на Калининском проспекте (Новом Арбате) в Москве я трепетно приобрел "Самоучитель бирманского языка", плененный закругленными знаками неведомой письменности. Выучить тональный язык по книжечке в бордовом переплете мне так и не удалось, но страна с названием Бирма отложилась в моем сознании надолго. И вот в 2008 году при содействии МИД России я протолкнул идею бирманскому правительству пригласить к себе группу российских журналистов, во главе которой я и побывал в гостях у народа, чей язык я неудачно попытался учить в детстве. 

Страну Бирму переименовали в Мьянму. Зачем - не понятно! Так можно Китай называть по-китайски "Чжунго", Корею "Чосон" или "Хангук" по-корейски, или Германию "Дойчландом". Но пусть это останется на совести тех, кто меняет географические названия. В последнее время Мьянма сразу ассоциируется с военным режимом, который просуществовал два десятка лет. Генералы занимали министерские посты, служили мэрами городов, но в повседневной жизни присутвие хунты лично я особо не ощущал. Бирма еще не переполнена и не избалована иностранными туристами, но к этому стремится, поскольку понимает, что туристы - это деньги, а деньги бирманцам очень нужны.

Мы прилетели из Бангкока в Янгон  (бывшая столица страны - Рангун) незадолго до того, как дельту реки Иравади в ночь на 3 мая 2008 года затопил тайфун "Наргис".  

Город грязноватый, здания старые и сильно попорченные тропическим климатом, хотя и более сухим, чем в соседнем Таиланде. Нищие и калеки-попрошайки - обычное явление на улицах. Торговля - живописное зрелище, цены значительно дешевле, чем в других азиатских странах. 

Женщины и дети в Мьянме намазывают щеки и нос пастой из перемолотых веток дерева танакха (ударение на последний слог). Говорят, она входит в состав многих продуктов французских отбеливающих кремов.

Бирманцы растирают куски древесины на каменных терках, как китайцы растирают тушь для каллиграфии в каменных тушеницах, смешивают растертый порошок с водой и мажут, в том числе зубными щетками, щеки, считая, что это улучшает и предохраняет кожу от Солнца.

Вся Мьянма буквально утыкана позолоченными пагодами и ступами (башни для хранения мощей Будды), храмами и монастырями. У каждого своя история , своя жизнь. Это - отдельный рассказ. 

Не останавливаясь на достопримечательностях, скажу, что наиболее меня впечатлили перелеты на местных авиалиниях - другим транспортом никуда толком не доедешь. Авиакомпаний местных много - чуть ли ни каждый крупный город и провинция имеют свои. Вот так выглядит аэропорт в Янгоне, откуда мы направились в бывшую столицу Мандалай (самолеты снимать не стал, чтобы не пугать - турбовинтовые модели, не знаю какой давности):

 Мандалай - потрясающий город. Темный по вечерам - нехватка электричества сказывается, но прекрасный днем, при свете солнца, со своим кремлем вокруг дворца и таким же множеством, как и везде, храмов и пагод. О военном режиме напоминает красное полотно лозунга на кремлевской стене: "Армия и народ взаимодействуют и сокрушат тех, кто вредит союзу". 

 Деревни в окрестностях Мандалая поражают своей непосредственностю и первобытностью. Местные жители и сопровождавшие нас гиды разрешали без каких-либо проблем входить в дома, фотографировать и разговаривать с местными жителями, хотя языковой барьер не позволял особо пообщаться. Вот так выглядит бензозаправка. Подъезжаешь к ней, заправщик выходит с мятым ведром бензина и через воронку заливает бак. Тут же есть телефон с междугородней связью, весьма проблематичной - провода часто приходится чинить. 

Нынешняя столица Мьянмы - город Нейпьидо, строительство которого шло к завершеню в самом центре страны. Там располагаются госучреждения, живут и работают чиновники. Столица напомнила мне чем-то Бразилиа и Канберру.

Немного от воинской части, немного от пионерлагеря "Артек", плюс аккуратные коттеджные поселки и получится Нейпьидо (Nay Pyi Taw) - новая столица Мьянмы, строительство которой завершается в самом центре одной из беднейших стран Азии.

Все вытянуто строго по линиям, повсюду широкие улицы, круговые дороги и ощущение казенности типовых, строго выстроенных по категориям домов. Пока еще скудны посадки зелени, но дома окружены пальмами и дынными деревьями - папайей. Есть новенькие торговые ряды и отдельный комплекс совершенно одинаковых коробок бутиков для одежды мировых брендов, еще пустующих, но в ожидании будущего процветания.

 С 1962 года - всего через несколько лет после обретения независимости - в Мьянме (бывшей Бирме) правили военные режимы. После неудачной попытки прежнего режима построить военный социализм нынешнее правительство, также состоящее из генералов, с 1988 года начало внедрять рыночную экономику и к моменту нашего посещения готовилось перейти к гражданскому правлению. 

В мае было намечено проведение референдума по проекту конституции, согласно которой в Мьянме должен был появиться президент, избираемый коллегией выборщиков. Его дворец в Нейпьидо был еще не достроен, но время оставалось достаточно. Выборы в парламент  состоялись в 2010 году. 

 В Нейпьидо, название которого переводится с бирманского просто как "новая столица", уже живут немногим более 900 тысяч человек, как сообщил нам столичный мэр, полковник У Тун Чжи (U Htun Kyi).

Официальная должность мэра - секретарь Комитета развития Нейпьидо. По его словам, ожидается, что население города достигнет со временем численности 2 миллиона человек. 

Прямая, как стрела, бетонированная дорога, напоминающая взлетно-посадочную полосу проходит мимо двухэтажного дома, окруженного низким забором.

 "Можем ли мы вам помочь?", - написано на фасаде здания в виде лозунга. Вывеска на заборе свидетельствует, что это здание - полицейский участок.

Автобус с журналистами катится по ребристому бетону, других машин почти не видно. Впереди начинает просматриваться какой-то дворец, напоминающий президентские резиденции в среднеазиатских республиках СНГ. Это здание мэрии, Комитета развития Нейпьидо. 

Мэр У Тун Чжи - высокий жизнерадостный военный - рассказывает и показывает на проекционной схеме, как Нейпьидо превратится в "город-сад".

Он занимает площадь в 2724,75 квадратных метра, на которых размещаются президентский дворец, построенный пока на 75%, здание парламента, министерства, 45 индивидуальных домов для министров, многоквартирные дома для 465 семей сотрудников министерств и 514 семей обслуживающего персонала. Для одиноких сотрудников правительства строится общежитие на 132 человека.

В городе заканчивается обустройство шестого отеля, еще будет разбито четыре поля для гольфа и четыре стадиона.

На юге Нейпьидо разместится дипгородок, однако пока все посольства находятся в Янгоне (бывший Рангун), который останется деловой столицей Мьянмы.

Надо сказать, что Нейпьидо не оригинален: похоже выглядят такие специально созданные столицы других государств, как австралийская Канберра или бразильская Бразилиа. Но размах новой столицы Мьянмы шире, а жизнь явно скромнее.

К примеру, средний чиновник живет примерно на том же уровне, что и его коллега, скажем, в Северной Корее.

Мы посетили жилище Мьин Све (Myint Swe) - начальника одного из отделов министерства информации Мьянмы. Не перегруженная излишествами четырехкомнатная квартира с крохотным метражом выдается чиновнику на время службы в правительстве. Сюда он может перевезти всех родственников, а его прежняя квартира, к примеру, в Янгоне, остается в собственности. После отставки чиновник теряет казенную жилплощадь и возвращается обратно на старое место жительства. 

В подъезде дома, где живут сотрудники министерств, установлен телефонный аппарат общественного пользования. На стенах вывешены объявления, в том числе об организации летних курсов английского языка для детей.

В квартире Мьин Све, где он проживает с женой, двумя детьми и родителями, нет прихожей - сразу попадаешь в гостиную. Из мебели - небольшой диван и журнальный столик, в углу небольшой старенький холодильник и телевизор на тумбочке с DVD-плеером. При входе также установлен семейный алтарь со статуэткой Будды, возле которого поставлены живые цветы в вазах, чашки с вареным рисом и палочки для благовоний. Отдельно установлена чаша для подношений с зелеными бананами, кокосовым орехом посередине и ламинированными банкнотами.

На стене гвоздиком прикреплен календарь с золотыми пагодами и военная фуражка, оставшаяся от воинской службы. Рядом - подобие комода, в котором выставлены какие-то регалии и награды, семейные фото и этажерка с лекарствами.

Кухня - крохотное помещение с кафельным столом и раковиной, на столе - электроплитка с нагревательной спиралью, аккуратно сложенная алюминиевая посуда. В остальных комнатах обстановка почти аскетическая и ничего лишнего.

На работу сотрудники министерств в правительстве Мьянмы добираются на общественном транспорте - всего в Нейпьидо действует один маршрут, по которому курсируют 120 автобусов.

Пока в Нейпьидо размеренно идет работа по обустройству, все внимание властей сейчас сосредоточено на проведении референдума о будущей конституции. В стране действует непримиримая оппозиция во главе с Аун Сан Су Чжи дочерью национального героя Бирмы Аун Сана. Противники военной диктатуры отвергают идею референдума и призывают народ не голосовать, поскольку не верят генералам.

Среди иностранных наблюдателей в Янгоне бытует мнение о том, что перенос столицы в Нейпьидо обусловлен единственной причиной - оградить правительство от собственного народа и обезопасить себя.

Но совершенно по-другому объяснил мотивы переезда правительства один из главных идеологов властей, министр информации бригадный генерал Чо Сан (Kyaw Hsan). По его словам, согласно проекту новой конституции, в стране будет закреплено 7 штатов, 7 регионов и самоуправляемых районов. В каждом из них будет действовать местный парламент ("хлудо") и собственное правительство.

"Поэтому бывшая столица Янгон станет административным центром Янгонского региона, а нам нужна некая союзная территория в качестве места для союзного правительства".

Затерянный в центре страны город Нейпьидо, по замыслу властей Мьянмы, подходит для этого лучше всего.

 Теперь о бирманской кухне. Вопреки ожиданиям гурмана, обнаружил, что еда в Мьянме ничего особенного не представляет! И это по соседству с царством кулинарии Таиландом! Такого я и предположить не мог. Но вкусно поесть в Мьянме можно - рестораны в основном китайские, блюда в них достойные, хотя к Китаю имеют весьма посредственное отношение. В одном из таких по дороге близ Мандалая обед для нас семерых человек обошелся в 19 долларов! Сами же бирманцы очень любят есть на улице кусочки свиных потрохов на палочках, которые они варят в котле и с красным соусом употребляют с большим удовольствием. Сам не пробовал, не знаю.

Жители Мьянмы меня поразили своим обоянием, приветливостью, спокойствием и отсутствием пока стремления надуть иностранца в погоне за долларами. Кстати, доллар - фактически национальная валюта Мьянмы. Доллары принимают везде, дают сдачу долларами, и местные деньги иностранцам фактически не нужны. Доллар это примерно 1000 чатов (kyat). Но доллары должны быть идеально новыми, нигде не рваными и не испачканными краской или чернилами. Иначе не примут!

И еще - язык бирманский звучит для нас совершенно нечленораздельно, на тайский он не похож, на малайский тоже. Запомнил только две фразы: Мангалаба! (Здравствуйте) и Чозуба! (Спасибо!) с ударением на последние слоги. Вот такая вкратце страна, которую раньше называли Бирма.