Принцип “жить по-своему”, взятый на вооружение ТПК, подкреплялся лропагандистским лозунгом “Корейская нация - превыше всего”. Активно в работе пропагандистов использовались “материалы революционной истории” - многочисленные лозунги на ободранных стволах деревьев по всей стране, оставленные, как утверждалось, антияпонскими партизанами до освобождения страны с целью прославления Кореи, Ким Ир Сена и Ким Чен Ира.
Особенно рьяно подвергалась пропагандистской обработке северокорейская молодежь, и неизмеримая роль отводилась для этого газете “Нодон чхоннён” (Трудовая молодежь), которая потом была переименована в “Чхоннён чонви” (Молодой авангард). В марте 1990 года “Нодон чхоннён”, еще доступная в то время для иностранных подписчиков, пригласила всех желающих принять участие в обсуждении на ее страницах самых актуальных тем в виде писем, стихов, сочинений, ораторских речей. Часть отбиралась для публикации.
Приглашение не заставило себя долго ждать и вскоре были опубликованы первые корреспонденции на тему “Преданность и сыновья почтительность к вождю - главное в жизни студента”. Вот, например, что писала тогда первокурсница Первого педагогического института города Синыйджу Ким Ми Гён: “Сегодня преданность наших студентов очень высока. Конечно, если обратиться к мировой истории, существует много упоминаний о преданности. Однако в ней нет примеров такой преданности и почтительности к своему вождю и своему руководителю, каким обладаю сегодня народ и молодежь нашей страны...”.
Смысл “сыновьей почтительности” в лучших конфуцианских традициях она объяснала тем, что все студенты КНДР являлись “сыновьями и дочерьми великого вождя и дорогого руководителя и ни минуты не проживут без их объятий”. Обращаясь к каждому из своих сверстников через газету, Ким Ми Гён задала такой вопрос: “Товарищ, а сегодня все ли ты делаешь для того, чтобы быть студентом, преданным и по-сыновьи почтительным к великому вождю и дорогому руководителю?”.
“Что такое жизнь?” - задавала вопрос студентка Сончхонского педагогического института Ким Ен Ок. Для молодежи КНДР, считала она, это и есть преданность своим лидерам. Затем она передала содержание письма ее “зарубежного знакомого”, который писал, что хотел бы называть Ким Ир Сена и Ким Чен Ира “солнцем в жизни молодежи всего мира” и призвал корейских сверстников всегда почитать своих вождей в качестве выполнения их “самого главного долга перед мировой революцией”. Этим девушка и объясняла свое решение написать в газету и стать “истинно преданной дочерью” Ким Ир Сена и Ким Чен Ира.
Среди присылавшихся читателями материалов была и самокритика, как например, в письме второкурсника сельскохозяйственного техникума в Кымья Хан Ён Нама. Получив во время одного экзамена “тройку”, рассказывал он, ему стало настолько стыдно, что даже спрятав в учебнике экзаменационную книжку, он не смог скрыть своих чувств от других. Подчеркивая, что эта отметка стала результатом его недобросовестности, студент написал в газету: “Товарищи, а нет ли и среди вас таких как я? Если есть, то пока не поздно, дорожите каждой минутой и посвящайте себя учебе и еще раз учебе. Тогда и не перед чем будет раскаиваться”.
Среди предложенных студентам тем для самовыражения были также и такие: “Вера студентов в превосходство своей нации”, “Студенты - самые решительные защитники политики нашей партии”. После того, как присланные материалы попадали на страницы “Нодон чхоннён”, их должны были глубоко изучать в каждом учебном заведении и каждой первичной организации Союза социалистической трудовой молодежи Кореи. Подобные “дискуссии” в газете - чисан тхорон - составляли часть мощной идеологической кампании среди молодежи, цель которой состояла в том, чтобы добиться от нее нетерпимости к каким-либо идеологическим и культурным течениям, отличным от тех, что выдвинуло руководство страны и партии.
Вот, например, студентка пятого курса Института химической промышленности Цой Рен Хи из города Хамхын, что на берегу Японского моря. Испытывая, по ее словам, неизмеримую преданность Ким Ир Сену и Ким Чен Иру, с первого класса начальной школы она в течение 15 лет подряд ежедневно по утрам приходила к статуе вождя в своем городе, чтобы поклониться ей и произнести слова благодарности, хотя часто никто не слышал и не видел этого. Однажды до поздней ночи девушке пришлось заниматься, склонившись над учебниками, ломая голову над какой-то проблемой. Когда же девушка во всем разобралась, радость ее была настолько велика, что она вновь пошла к статуе поклясться вождю в безграничной преданности. Высоко почитать Ким Ир Сена и Ким Чен Ира - первый долг и обязанность студентов КНДР. Осознание этого, сказала Цой Рен Хи, помогло ей стать отличницей и уже написать кандидатскую диссертацию.
Ли Чен Нам - четверокурсник педагогического института имени Ким Хен Чжика - поведал своим сверстникам, что до поступления в этот престижный вуз он прослужил в армии. Там на боевом посту он “оружием защищал вождя”, а когда пришел учиться, то задумался - в чем теперь его долг. “Учеба - это тоже бой!”, - учил вождь, а следовательно студенту выпала честь поддержать партию и вождя наукой и техникой. За три года Ли стал автором трех изобретений.
Некоторые из учащихся завели специальный “Дневник верности и почтительности”, куда записывались их собственные деяния, свидетельствовавшие об уважении руководителей КНДР. К примеру, молодые люди в любую погоду ухаживали за статуями вождя или местами революционной славы по месту их жительства.
Были среди образцов молодежи и герои. Так, студент Сукчхонского сельскохозяйственного института Ли Гван Ук скончался от ожогов, спасая портреты Ким Ир Сена и Ким Чен Ира. Он вытащил их из избушки, загоревшейся от лесного пожара. Третьекурсник института садоводства Ро Сен Бок снял со стены такие же портреты в горящей квартире и, спасая их, спрыгнул с балкона третьего этажа.
В стране действовало 270 институтов и 469 техникумов. Преданность руководителям страны студенты должны были проявлять через учебу, а в ней брать пример с самого Ким Чен Ира. Следуя лозунгу “Учиться у дорогого товарища руководителя!”, студенты должны были за годы обучения в институтах освоить созданный им метод учебы и с его помощью грызть гранит науки. В чем же его суть?
Как говорил на форуме председатель ЦК ССТМК Цой Рен Хэ, это - пыл, поиск и творчество в постижении знаний. Ким Чен Ир указывал, что необходимо установить принцип “чучхе” в учебе: студент должен прежде, чем познать технику, познать свою партию, революцию, свою страну и народ.
Во всех изданиях тех лет в КНДР непременно отмечали “непревзойденные способности” Ким Чен Ира, которые, как утверждалось, начали проявляться у него с самого раннего детства. Рассказывали, что еще в детском саду он демонстрировал неординарный аналитический ум. Как-то на уроке счета воспитательница показывала детям, что если к одному яблоку добавить еще одно, их станет два. Маленький Чен Ир задумался и сказал, что в некоторых случаях все же один плюс один все равно даст единицу. Например, если один кусок глины соединить с другим - получится так или иначе один кусок, хотя и большой. Но главное, о чем всегда рассказывали о “дорогом товарище руководителе” - его беспредельная преданность “великому вождю”.
Именно к такой преданности и призывали всю молодежь страны пропагандисты. Ну а как же учеба? Ведь непосредственное предназначение студента - постижение знаний. Образцовые студенты КНДР были с этим полностью согласны. Необходимо, правда считали они, чтобы было как можно больше отличников. Так, в Вонсанском сельхозинституте 33 группы студентов полностью состояли из отличников и хорошистов, а один из госэкзаменов 95 процентов студентов сдали на высшую оценку.
Но стать отличником - это еще не все. Как призывал Ким Чен Ир, студенты в свои 20-30 лет должны стремится стать докторами и кандидатами наук. Естественно, делегаты слета полностью поддержали эту идею, обязуясь что есть силы двигать вперед национальную науку. Студенты технических вузов, к примеру, должны будут за время учебы засвидетельствовать хотя бы одно изобретение или рационализаторское предложение. Только за несколько лет по всей стране 1400 студентов получили ученые степени кандидатов технических наук.
“Так, свою преданность партии и вождю студенты должны проявлять через хорошую учебу, ведь для них счастье - это как раз своими способностями доставлять радость великому вождю и дорогому товарищу руководителю”, - подчеркивал на слете отличников Цой Рен Хэ. И студенты поклялись следовать за лидерами своей страны. “Дело наше верное, будущее у нас светлое!”, - провозгласили они и разъехались.
... Оправляясь от шока после кончины в 1994 году “великого вождя” страна вступала в эпоху Ким Чен Ира. Страна впервые после войны переживала сложные экономические тяготы, причины которых искались во внешних международных факторах, неблагоприятных и разрушительных природных явлениях. Сильнейшие наводнения в 1995 году уничтожили 1,5 миллионов тонн риса. Над населением нависла угроза голода, а вместе с тем апатии и разочарования. Тогда на каждом рабочем посту начали появляться лозунги типа: “Товарищ, а ты живешь сегодня ради завтра?”. От народа требовалось надеяться на временный характер трудностей и свято верить в то, что руководству удастся найти путь к уже давно обещанному процветанию.
Самой главной задачей было добиться урожая риса, который издавна служил источником самой жизни в Корее. Помочь селу было долгом каждого гражданина КНДР, возможность продемонстрировать свою преданность партии и высшему руководству. Пхеньянская печать, телевидение и кино неустанно пропагандировали примеры того, как молодые люди оставляли сравнительно благополучную жизнь в городах и переезжали в деревни, порой целыми семьями и на несколько лет. Не последовать такому примеру значило “отстать от времени”.
С другой стороны, максимальная загруженность и ротация населения, прежде всего молодежи, позволяли предотвратить праздность в повседневной жизни, поддержать ее предельно напряженный ритм и не допустить проникновения в страну всякого рода чуждых для революционной идеологии веяний и увлечений. Молодежь была призвана лишь самоотверженно продолжать “трудный поход” (конан-ый хэнъгун) , начатый корейскими революционерами полвека до этого.
... Молодая женщина с грудным ребенком, по традиции привязанным к спине матери широким матерчатым поясом, протиснулась в заднюю дверцу пхеньянского троллейбуса. Держась одной рукой за поручень, другой она вынула из кармана маленькую записную книжицу, испещренную мелким почерком и всю дорогу заучивала короткие фразы. Как и все ее сограждане, женщина знала, поучения и афоризмы Ким Чен Ира требовалось знать на зубок, и когда была свободная минута цитатники оказывались весьма кстати.
"Дурак тот, кто лишь надеется на милость других", - гласило одно высказывание. "Вера рождает преданность, а сомнение - предательство", - поучало другое. "Работу делает человек, революцию - массы", “Если говорят, что что-то невозможно, эти слова не из корейского языка!”. Подобные высказывания преемника вождя были подобраны чуть ли ни на все случаи жизни и стали служить новым средством массовой идейно-воспитательной работы среди северокорейского населения.
Первичные организации Трудовой партии Кореи организовывали, соревнуясь друг с другом, специальные собрания по изучению и толкованию афоризмов Ким Чен Ира, на конкретных примерах целыми коллективами обсуждали пути их претворения в повседневной трудовой жизни и пропаганде. Например, как сообщала центральная газета "Нодон синмун", рабочие одной машиноремонтной бригады в провинции Канвондо после таких занятий настолько воодушевились, что выполнили свой дневной план на 150 процентов.
Молодой человек в студенческом кителе, стоя поздно вечером у блеклого фонарного столба на пхеньянской улице, уткнулся в книгу, поглощенный ее содержанием. Почему под фонарем, в студеную зимнюю пору? Может быть, чтобы не расходовать дома электричество. Летом подобных любителей вечернего чтения на свежем воздухе в Пхеньяне было куда больше. Что же касается провинций, то тягу к книгам на протяжении длительного времени приходилось прививать сельским жителям в централизованном порядке.
Столичная молодежь частенько заходила в немногочисленные и не очень богатые выбором книжные магазины северокорейской столицы, хотя в розницу литература продавалась весьма ограниченно. Битком набиты посетителями библиотеки, которые остаются пока единственным источником, способным наиболее полно удовлетворить потребности читателей. Даже в Пхеньяне средь бела дня бывало не увидишь продажи в розницу газет - киоски наглухо закрыты. Поэтому периодику читали сообща на предприятиях и в учебных заведениях, на специальных стендах в метро и на улицах, а также ...по телевизору: каждый вечер диктор зачитывал обзор основных газетных статей, тексты которых выводились на экраны.
В сельской местности возможность читать гражданам КНДР предоставлялась специальными пунктами распространения печатных изданий. Их задача - не только обеспечить жителей деревень литературой, обсудить с ними суть прочитанного, но и добиться, чтобы чтение вошло в их ежедневную привычку. Этой работе в республике придается большое политическое значение, и ее время от времени освещали в центральной печати. Хотелось бы здесь привести полностью заметку "Нодон синмун" от 6 января 1996 года:
“Члены сельскохозяйственного кооператива деревни Тохенни уезда Пексон с удовольствием читают книги. В деревне славно встретили новый 1996 год, и все без исключения члены кооператива и первичной парторганизации прочли совместную передовую статью газет "Нодон синмун", "Чосон инмингун", "Нодон чхоннен", и принялись усердно воплощать ее в работе и жизни. Вместе с этим в деревне повышается ответственность и роль работников деревенского пункта распространения печатных изданий, и члены кооператива своевременно обеспечиваются книгами, которые они хотят прочесть.
В деревне добились того, чтобы члены первичной парторганизации показывали пример в чтении книг и популиризовывали его, разъясняя прочитанное по бригадам. В результате, чтение книг входит в привычку все большего числа членов кооператива, и пример в этом показывают члены 3-й, 6-й и 2-й бригад.
Для членов фруктоводческой и животноводческой бригад стало нормой читать книги, максимально используя для этого свободное время, выпадающее после окончания рабочего дня, промежутки перерывов и отдыха.
Привыкая к чтению книг, все члены кооператива своевременно и лучше понимают замысел партии, многое узнают и о новых сельскохозяйственных технологиях, добиваются новаторства в выполнении революционной задачи”.
Среди книг, которые рекомендовались для чтения, - произведения северокорейских авторов "Ясное утро", "На целине", "Железная вера". Их героям, преданным своему высшему руководителю и партии, готовым, не задумываясь, выполнить любой их приказ, призваны в жизни подражать все трудящиеся, воспитывая в себе твердую решимость к борьбе. В соответствии с профессиональным профилем жителям предоставлялась также возможность знакомиться с научно-технической литературой. Главной идеей уже давно длящейся кампании, видимо, оставался централизованный контроль над тем - что и зачем читали в КНДР.
Чтению предавалось огромное значение, поскольку исстари в Корее грамотность почиталась как одно из самых высоких достоинств человека.
Для студентов оно имело прямое значение, служа источником повышения успеваемости. Именно в этой связи в стране всегда шла работа по активизации движения со своеобразным названием “Книжный марш на гору Йоннамсан”. Собственно, речь шла о возвышенности, у подножия которой расположен университет имени Ким Ир Сена в Пхеньяне. В нем учился и Ким Чен Ир. Смысл движения сводился к тому, чтобы каждый студент прочитывал к течение года 10 тысяч страниц идейно-политической литературы и 20 тысяч страниц научно-технической. Если же студент в счет этой нормы читал, скажем, развлекательные книжонки, его надлежало подвергнуть критике.
Совершенно случайно я наткнулся в одном из валютных книжных магазинов Пхеньяна среди стопки популярных здесь комиксов тоненькую книжечку под названием "Спасенная от гибели черепаха", выпущенную в 1990 году издательством "Народное здравоохранение". Внимание привлекло то, что в ней действующими персонажами оказались совместно диснеевские утята в матросках и герои северокорейских мультфильмов. А переданная в комиксах очередная история была призвана, как надо полагать, втолковать детям, что... сущий ад на этой земле - Южная Корея.
... На первой картинке - заграждения из колючей проволоки на военно-демаркационной линии между Севером и Югом Кореи. Тяжелые темные тучи на южной стороне. Несущие службу охранники - бурундук и заяц в форме северокорейских солдат - замечают, глядя в перископ, неизвестный объект, попавший с южной стороны в пучину реки, что протекает вдоль "линии национального раскола". Тревога, и поисковый отряд диснеевских дональдов получает приказ отправиться на розыск. Утята замечательно справляются с заданием и находят на дне реки уже потерявшую сознание черепаху-перебежчика.
Пока о ее здоровье заботился доктор-козел, дональды и прочие бдительные охранники границ своей отчизны подготовили целый ящик всевозможных подарков и сладостей для черепахи. Со слезами на глазах она благодарила своих спасителей, один из которых - бурундук - как бы невзначай спросил: "Черепаха, ведь правда, что на южной стороне, где ты жила, люди болеют и умирают от загрязнения воздуха?". И тут она начала расписывать своим соотечественникам с Севера, в каком плачевном состоянии находятся загрязненные небо, земля и море в Южной Корее.
Далее по ходу рассказа черепахи-перебежчика жизнь к югу от 38-й параллели обрисовывается такой, какой должны ее для себя усвоить дети КНДР, призванные считать себя самыми счастливыми на свете. Тут и полуразвалившаяся школа, в которой на уроках дети рисуют небо серого цвета, и заволакивающий все вокруг черный дым от заводов, и ядовитые кислотные дожди, льющиеся на рваные, в заплатках, зонты южнокорейцев. А на одном из рисунков - женщина, обливаясь слезами, отчаянно восклицает, что из-за загрязнения воды, совсем нечего пить. А когда жители, будучи не в состоянии больше терпеть всех этих ужасов, поднялись на борьбу, по вызову пузатого хозяина завода полиция разогнала демонстрантов слезоточивым газом. "Вот такая действительность на юге, где я жила", завершали свой рассказ черепаха и авторы комиксов - художница Хван Гым Ран и автор текста Хван Бен Гон.