... Шофер такси уже, видимо, привык, что иностранцы непременно посещают Ночной туристический рынок на Хуаси, как гласит официальное название самого злачного места в Тайбэе, и с полуслова понимает, куда крутить "баранку" своей желтой "Тойоты". Протискиваясь по перпендикулярам довольно темных, но многолюдных улочек, машина притормаживает у двух обращенных друг к другу пышащих великолепием и позолотой декоративных ворот в традиционном китайском стиле, от которых по разные стороны убегают за горизонт ряды торговых лавок.
Некоторые уже застыли в каком-то растворе в почти-что лабораторных банках.
Кругом чистота, светло как днем. Над каждой открытой "закусочной" - крупная вывеска на китайском и английском языках о том, что фотографировать их категорически запрещено.
Говорят, раньше все было по-другому, и аллея потеряла свой исторический вид традиционной китайской улочки после того, как в 1987 году муниципальные власти "модернизировали" ее, лишив былой привлекательности. Теперь это - залитые электрическим светом ряды пластиковых прилавков под единой металлической крышей, и от традиционности осталось разве-что содержание.
Надо сказать, блюда там весьма дорогие и вкушают их лишь истинные гурманы. Они сами в праве выбрать по своему вкусу змею, после чего повар подвесит ее на веревке к потолку. Когда жертва вытягивается, он надрезает ее вдоль туловища, выдавливает из него кровь в пиалы с отваром диких трав, гаоляновой водки и предлагает гостям. Если верить словам местных жителей, этот дикий на взгляд современного человека напиток укрепляет зрение и продлевает жизнь мужским достоинствам. После этого змея идет на приготовление кушаний. На меня никто не обращает внимания, видимо, уже привыкнув, что иностранцы не рискуют приобщиться к столь необычной трапезе, но висящий на шее фотоаппарат все же вызывает настороженность, и я невозмутимо двигаюсь мимо.
Однако не только сладостями и блюдами из змей, черепах, лягушек, морских членистоногих богат ночной рынок. Прямо между лавками с яствами восседает, например, китаец-культурист с совершенно каменным выражением лица, напрягая обтянутые бронзовой кожей шарообразные мускулы. Перед ним на раскладном столике разложены пузырьки и коробочки с тониками и препаратами, способствующими наращиванию мышц. Сам же он служит и живой рекламой.
Поскольку рынок расчитан на туристов, то, естественно, здесь нельзя не заметить богатейший выбор антиквариата, однако высокие цены отпугивают покупателей и хозяин одной из лавок углубился в чтение, надеясь лишь на истинных коллекционеров старинных ценностей.
Привлекательная экзотика - не единственная особенность Хуаси. Надо сказать, что молодые женщины в одиночку вообще стараются не посещать это место, особенно по ночам. Мне рассказывали, что в прошлом году две японские туристки только зашли в один из магазинчиков, как вдруг его двери захлопнулись, и если бы не их сопровождающий, заметивший, куда они входили, вряд ли уже вернулись бы на родину девушки из "Страны восходящего солнца". Дело в том, что ночной рынок граничит с "кварталом красных фонарей", где торгуют похищенными женщинами, а то и даже малолетками, продавая их порой в рабство.
Детская проституция - больной вопрос для Тайваня. По официальным данным, в настоящее время около 60 тысяч несовершеннолетних девочек используются в бизнесе на 400 миллионов американских долларов. Только в районе ночного рынка на Хуаси их свыше тысячи, и они за 30 долларов предлагают свои услуги из приоткрытых дверей соответствующих заведений, устроенных часто под видом парикмахерских. Не случайно, синоним названия "Аллеи змей" - "Аллея проституток".
словом стали называть и сам городок, который к 1737 году стал процветающим торговым центром.
Все эти яства обильно заполнили выставленные по периметру
длинные столы во дворе храма. Молодой парень, стоя на коленях перед столом, пролистывает молитвенник, отслеживая большим пальцем сроки заветных фраз. Тишину священного места нарушает стук бросаемых на каменные плиты деревянных гадальных костей. Тут же снуют старушки с охапками прутиков с сандаловыми благовониями, дым от которых серебристым покровом застилает пространство между неслышно молящимися людьми и красочными скульптурами божеств местного буддийского пантеона - родовспомогательницы Гуаньинь, богини моря Мацзу, богов мужества, процветания, книгочтения, и многих других, о которых даже китайцы, не посвященные специально в таинства веры, не имеют понятия.
Храм "Луншань", название которого означает буквально "Драконья года", исторически связан с китайской провинцией Фуцзянь, которую отострова отделяет тайваньский пролив. Рассказывают, что когда-то один торговец,переправившись оттуда на Тайвань, остановился в бамбуковых зарослях по малой нужде,
С тех пор он неоднократно подвергался разрушениям то из-за землетрясений, то из-за тайфунов, а во время Второй мировой войны бомбами был превращен в груду развалин. Но каждый раз статуя богини Гуаньинь, которой и посвящена святыня, оставалась невредимой, что придавало все больше святости храму "Драконьей горы". Старинный район Монгка, получивший теперь название Ваньхуа - "Десять тысяч цветов", хотя и утратил свое былое значение, расположенный в нем "Луншань" остается символом исконно тайваньских традиций и поэтому всегда многолюден.
Говорят, сотни лет назад один лекарь готовил отвары самых различных трав, пробуя их медицинские свойства, и заметил тонизирующее действие чая, который стал чрезвычайно популярным напитком во времена династии Сунь /960-1280 гг/. Его разновидности множились, равно как и закуски, которые к нему приготовлялись. Ими славились как раз южные провинции Китая.
Легкие угощения к чаю, на местном диалекте "дим сам", до сих пор восхищают своей оригинальностью и разнообразием, особенно приготовляемые в небольших бамбуковых пароварках "чжэнго", отдаленно напоминающих сито. В них выкладывают листья салата, а сверху пампушки или пельмени с любой начинкой. Особенно будоражат аппетит те, что с креветками. Для приготовления такого блюда бамбуковые "чжэнго", порой по нескольку штук сразу, насаживают друг на друга и закрывают плотной плетеной крышкой. Все это ставится на кастрюлю с кипящей водой и через несколько минут горячий пар сделает из теста с начинкой неповторимый, тающий во рту деликатес.
В отличие от змеиных яств блюда "дим сум" отвечают вкусам европейцев, правда часто предпочитающих их под пиво, а не чай. Тайваньцам же "дим сам" вполне заменяет завтрак и обед одновременно. За чашкой чая с богатым выбором закусок договариваются о делах бизнесмены, коротают время домохозяйки,
собираются друзья поиграть в китайские шашки "вэйцзи".
Испробовав паровые пельмени, пропитанные запахом разогретого бамбука, мне непременно захотелось приобрести пароварку для "дим сум", но никто толком не мог сказать, где ее продают. После долгих поисков удалось отыскать мастерскую - единственную в Тайбэе, где их изготовляет верный своему делу человек. Она затерялась среди оффисов компаний и магазинов на фешенебельный ныне проспекте Чжуншань-лу, служа напоминанием о старом городе, где таких столярных уголков было сколько угодно.
Запах свежевыструганного дерева выходит из крохотной мастерской на задушенную выхлопными газами улицу через поднятые стальные жалюзи. До потолка выложены "чжэнго" самой разной величины, бамбуковые ковшики и даже выполненная по спецзаказу деревянная ванна. Хозяйничает там 70-летний дядюшка Линь, унаследовавший дело от своего отца, и его единственный сын. Люди в округе удивляются: бросил бы строгать деревяшки, сдал бы в аренду свою
комнатушку и на вырученные деньги спокойно бы проводил старость. Однако старый мастер возражает: "Моя фабрика-магазин одна из последних на Тайване. Жалко ее закрывать, ведь умрет же дело!".
стихия и неодушевленные предметы способны особым образом влиять на жизнь человека. Без знатоков этого сложного учения на острове не делается ни одно важное дело, и отношение к нему даже ненабожных людей совершенно серьезное.
Рассказывают, что некогда молодой человек по имени Вэй Гу отчаялся в безуспешных поисках подходящей невесты и
"Вот твоя будущая жена, - молвил предсказатель. - С годами она станет очень богатой, и благодаря ей ты высоко поднимешься в обществе". Однако Вэй Гу мечтал жениться на девушке из знатной семьи, а не на беднячке, и чтобы избавиться от той, кого ему предрек в жены старик, послал своего слугу убить ее. Слуга нанес над лицом несчастной нож, но рука дрогнула, и он промахнулся, поранив девочке лишь переносицу. Четырнадцать лет спустя Вэй Гу наконец удалось сосвататься за дочь губернатора провинции. Она была прекрасна, но всегда носила бумажный цветок между бровей. Жених поинтересовался, в чем была причина. Она рассказала, что, когда была маленькой, родители были в разъездах, и ее растила служанка. И вот однажды в дом ворвался какой-то человек, который нанес удар и навсегда оставил на переносице шрам. С тех пор Вэй Гу больше не сомневался в предопределенности судьбы и стал прислушиваться к мнению знатоков "фэншуй".
В современном Тайбэе они сидят в узких переулках за столиками,
окруженными со всех сторон матерчатыми ширмами с магическими знаками для привлечения клиентов. Определяя соответствие стихий и прочих параметров каждому человеку, они могут дать квалифицированный совет в самом различном начинании. В последнее время получили распространение электронные "фэншуй", внешне напоминающие игральные автоматы. Бросай монетку и машинка подскажет тебе верный шаг в жизни.
Насколько серьезное значение имеет "фэншуй" в современном бытие
тайваньцев, свидетельствует совсем случай, когда в 1987 году корпорация "Эвергрин" построила себе здание в Тайбэе, поставив перед ним огромную белую карабельную мачту. Располагавшаяся напротив строительная фирма "Касэй констракшн" пожаловалась, что эта мачта как меч нависла над ее оффисом, тем самым нарушив гармонию его "фэншуй", и потребовала убрать сооружение. Сославшись на то, что ставить мачту больше негде, "Эвергрин" отказалась выполнить требование. Строителям ничего не осталось делать, как
переехать в другое место. А владелец одного из кафе в Тайбэе, у которого никак не удавались дела, три раза переносил расположение входной двери, пытаясь найти соответствие судьбы сторонам света. В конце концов, так и не добившись успеха, он продал свое заведение, решив, что ему вообще не следует заниматься таким бизнесом.
Почему же вера во взаимосвязь судьбы с окружающими предметами столь важна для китайцев? Возможно это связано с их многовековым аграрным образом жизни, который сплачивал людей, соединенных чаще родственными связями, во время сельскохозяйственных работ. Такой китайский коллективизм семейных кланов требовал от каждого человека гармонии с окружающими, уважения мнения других. А вера в сплетения судеб помогала цементировать такие отношения, искать спасение для каждого и для всех вместе.
По словам профессора Тайваньского университета Е Чичэня, вера в "судьбу" играет консолидирующую роль в жизни простых китайцев, легко объясняет принципы людских отношений, служит точкой опоры сосуществования не только между людьми, между человеком и природой, но и связывает с потусторонним миром. У даосского храма "Баоань" расположена огромная кирпичная труба в форме многоярусной пагоды с иероглифами "Башня денег", из которой постоянно валит дым. Выходящие их храма люди бросают в вырезанное в ней окно с языками пламени внутри листы желтой бумаги с множеством надписей. Это - своеобразные "деньги", которые сжигают с тем, чтобы в загробном царстве сберечь хоть какое-то состояние, ведь дым от них устремляется в небо.
Считается даже, что для удачного излечения от болезни важно не только ученость врача, но и соответствие его судьбы тому или иному пациенту. Одним словом, если лекарю суждено вылечить больного, это ему удастся. Поэтому если лечение не помогает, принято менять докторов до тех пор, пока не будет пользы. Однако это - отнюдь не слепая вера. Наука о "ветре и воде" лишь подсказывает пути достижения удачи и способы избежать беду, а уж исход зависит от каждого. Не случайно в Китае говорят: "Судьбе не поможешь без
собственной воли".
Воля - волей, но какое счастье, считают тайваньцы, может быть без летучих мышей. Если у европейцев эти маленькие твари-вампиры олицетворяют зло, у китайцев они предвещают удачу, и каждая семья рада, если в дом залетит "бяньфу". На Тайване их - превеликое множество, и изображения летучих мышей непременно украшают вышивки, орнаменты мебели и посуды, символизируя здоровье, долголетие, процветание, а также мирный и естественный уход из мира
сего, что тоже немаловажно в представлениях о счастье.
Что ни говори, а в условиях влажного жаркого климата без безобидных на самом деле летучих мышей просто не обойтись. Подсчитано, что каждая из них за одну ночь съедает до 3000 насекомых. Можно представить, каково было бы человеку от москитов, если бы они не поглощались миллионами тонн в год этими ночными животными, столь нелюбимыми на Западе.
Зимнее тропическое солнце разогрело до плюс 30 градусов по Цельсию густой воздух, пропитанный маслянистым пряным запахом пальм. Вдыхая его полной грудью по площади мемориального комплекса Чан Кайши вышагивает строй студенток в розоватых спортивных костюмах. Пряди волос строго связаны в пучки за затылком, на лицах - сосредоточенность и, кажется, решимость шагать хоть до следующего дня. Широко раскрывая рты и набирая децибелы, девушки напевают какую-то строевую военно-патриотическую песню. Тайвань встречает очередную годовщину со дня рождения "отца нации" Сунь Ятсена - крупнейшего китайского революционера, ставшего первым президентом всего Китая в 1912 году.
Круглый портрет слегка улыбающегося "вождя" венчает ворота, украшенные красными иероглифами - "Да здравствует Китайская республика!". Такие же портреты взирают с заготовленных на торжества сотен плакатов, с туристических буклетов и открыток, денежных знаков "юаней", для простоты именуемых "новыми тайваньскими долларами" или, сокращенно с английского "эн-ти". Флаги Тайваня -белое солнце на синем прямоугольнике в углу красного полотна - колышутся буквально на каждом шагу. Одним словом, праздник.
На площади продают прохладительные напитки и сэндвичи. Сидя прямо на асфальте, уплетают в пенопластовых мисках полуфабрикатную лапшу отдыхающие тайбэйцы. На самом видном месте установлены пластмассовые баки разного цвета, в которые под наблюдением какой-то тетушки с повязкой на руке люди аккуратно выбрасывают мусор. Пластиковые отходы - в один бак, объедки - в другой, бумажки в третий. К проблеме отходов стали подходить научно, ибо цивилизация неизбежно захламляет остров. К полуночи на тайваньских улицах возникают горы полиэтиленовых мешков с мусором, которые лишь под утро выводят на свалки.
Грозные на вид полицейские в накидках из ярко красных люминисцентных поперечных полосок отлавливают за углом у широкого проспекта перед вокзалоподобным зданием правительства молодых лихачей на мотороллерах, которым можно ездить где угодно, но только не у столь официального места в Тайбэе. Мотороллер - одно из основных видов транспорта на Тайване, особенно для молодежи и тех, кто не особо богат. Люди в достатке могут позволить себе
автомобили, пробки из которых на улицах Тайбэя уже вывели его в один ряд с Сеулом и Токио по серьезности транспортной проблемы. На Тайване ее усугубляют постоянные ремонтные работы на дорогах. Поэтому многие, не думая особо о престиже, пользуются мотороллерами, которые и дешевле, и маневреннее. Пожалуй, без них жизнь в Тайбэе просто бы остановилась, ибо даже любая собака, коих на Тайване несметное множество, проворно запрыгивает на подножку, как только хозяин заводит тарахтящий двигатель.
Если все же безнадежно заблудился, можно обратится к прохожим,
большинство из которых, кстати, вполне могут изъясняться на английском. В целом же тайваньцы используют китайский стандартный язык, называемый на Тайване "гоюй" - "государственная речь". В его основу лег пекинский литературный диалект "путунхва" с примесью местных южнокитайских наречий.
Однако даже на столь малом клочке китайской суши, люди не всегда понимают друг друга, особенно старшего поколения, если они оказались выходцами из разных диалектных зон Китая. Даже члены одной семьи порой используют в общении различные говоры. В целом же на Тайване бытует фуцзяньский диалект, который фонетически и лексически отличается от литературного также как датский язык от немецкого, или французский от итальянского.
Для радио и телевидения стало обычным транслировать особо важные передачи одновременно на "гоюй", фуцзяньском и других диалектах, выбрать которые во время одной и той же программы можно с помощью переключателя на приемниках. Рост интереса к судьбе некитайских народностей Тайваня - аборигенов - позволил им заняться изучением их коренных языков, многими уже забытых. Каждое из девяти крупнейших племен на острове имеет свой диалект из
австронезийской языковой семьи, к которой относятся также жители Гавайских островов, Малайзии и Филиппин.
Согласно статистическим данным, ныне на Тайване проживают около 340 тысяч аборигенов, большая часть из которых - в горах и на мелких островах. Это - 1,7 процента всего тайваньского населения. Они занимаются охотой, рыболовством, выращиваем сладкого картофеля, а их национальные традиции служат экзотикой для привлечения на остров иностранных туристов. Порядка двух тысяч аборигенов служат в государственных учреждениях, учатся в университетах. Однако их существование не лишено серьезных проблем, среди которых наиболее болезненной стало распространение алкоголизма, проституции,
безработицы. Современная жизнь для них оказалась слишком сложной, чтобы полностью адаптироваться к ней, а жить по-старому они уже не в состоянии. Однако это не мешает им требовать уважения к себе, как первопоселенцев Тайваня. Например, недавно группа представляющих их депутатов в тайваньском парламенте потребовала изменения в тексте конституции определения аборигенов как "горных соотечественников". В этой формулировке они усматривают проявление "дискриминации" со стороны китайцев и требуют, чтобы их называли не иначе, чем "коренные жители". В прошлом году, когда принимались очередные поправки к основному закону, на Тайване произошли ожесточенные столкновения полиции с активистами движений за права аборигенов, которые протестовали против того, чтобы их называли какими-то "горцами". Впрочем, естественно, когда люди чувствуют себя ущемленными, оказываясь в меньшинстве.
Сначала на острове, известном в былые времена как Формоза или "Прекрасный", достаточно крепко осели голландцы, затем делали попытки проникновения туда испанцы,
Так, уже в начале нынешнего века в результате поражения Китая в войне с Японией, Тайвань попал во владения самураев. Воевавшие с ними в конце Второй мировой американцы бомбили тайваньские города, в результате чего 18 тысяч их жителей остались без крова и были вынуждены бежать в горы. Однако японцы капитулировали, и после их полувекового господства остров был возвращен Китаю.
Вскоре националистическое правительство Чан Кайши было изгнано из Пекина маоистами в 1949 году и обосновалось на Тайване, провозгласив Тайбэй "временной столицей" Республики Китай. Оно пользовалось покровительством США, продолжавшимся три десятилетия, пока Вашингтон не подружился с Пекином. Да, как недавно выяснилось, американцы с самого начала понимали бесперспективность возрождения прежнего Китая на базе тайваньского государства и не были уверены в том, что оно вообще просуществует по соседству с таким могучим слоном, как КНР.
Согласно приведенным в американской печати данным ЦРУ, еще в 1950 году в Вашингтоне предполагали, что Мао Цзэдун раздавит Тайвань в течение одного года. Возможно так бы и произошло, если бы не война в Корее 1950-1953 гг. Как только она началась, президент США Гарри Трумэн двинул свой 7-й флот в воды Тайваньского пролива, блокируя возможное вторжение китайских коммунистов на остров и не давая националистическим властям Тайваня спровоцировать гражданскую войну в Китае. Тем временем Мао был занят вопросом отправки "добровольцев" в КНДР воевать с американцами. После того, как было подписано соглашение о перемирии в Корее, администрация США решило все же вернуться к поддержке Чан Кайши. После нормализации американо-китайских отношений в 1978 году признание Тайваня самостоятельным государством со стороны Вашингтона кончилось.
Однако несмотря ни на пророчества, ни на дипломатическую изоляцию, Тайвань выжил, добился экономического процветания, однако "материковый" Китай не дает ему покоя. Особенность тайваньских городов - весьма блеклый вид жилых домов, большая часть которых отстроена до конца 70-х годов, с подтеками, осыпавшейся штукатуркой. В то же время ни для кого не секрет, что денег у тайваньцев немало. Бывало, идешь сквозь переулки неуклюжих жилищ, а у покосившегося подъезда стоят "мерседесы" и "форды". Видимо, постоянное чувство неопределенности перед будущим отбило охоту у тайваньцев вкладывать деньги в недвижимость. Вдруг придется уезжать?
... Строй школьниц чеканит шаг. Не исключено, что среди них - и потомки аборигенов. Они знают - так надо: маршируя плечом к плечу со всеми, достигаешь сплоченности. К сплоченности призывал и "отец нации", смотрящий с портретов на сегодняшний Тайвань. О том, каким будет завтрашний день прекрасной Формозы, они вряд ли пока задумываются. У них есть сегодня и они в нем живут...
